Гомельские укрепления

В XII-XVII веках, для обороны Нижнего Посожья мощным центром по праву считался Гомель. Еще в XI веке уже имелись такие укрепления, как простейшего типа частокол и земляной вал. Немного позднее вал неоднократно подсыпался. Не случайно ведь, великий князь киевский Изяслав Давыдович (1159 г.) искал спасения во время междоусобиц за крепкими укреплениями Гомеля. В 1164 г. тут был основан княжеский стол, владел которым герой повести «Слово о полку Игореве» - князь Игорь Святославович.

Расположение замка находилось на тактически выгодном месте, по правому высокому берегу реки Сож, возле впадающего в реку ручья Гомю (Гомеюка). От городских кварталов замок отделял шириной в 30-35 метров оборонительный ров. По форме площадка была сегментовидная, и около 460 метров укреплений по периметру. В сторону Гомия и Сожа располагались высокие и крутые склоны, которые отлично сочетались с искусственными укреплениями.

В конце первой трети XIV века Гомель входил в состав Великого Литовского княжества. С этого момента он приобрел статус на окраине юго-востока государства укрепленного порубежного города, и занимал в оборонительном поясе замков Посожья свое определенное место. Он входил совместно со Стародубом в удел князя Патрикия Нари Мунтовича, являющегося племянником Ольгерда. С 1406 и до 1419 годов управление городом осуществлял великокняжеский наместник, а после князья: до 1435 года Свидригайло, с 1436 по 1452 русский беглый князь Боровский Василий Ярославович, который позже вернулся домой.

С 1452 года правление городом снова взял на себя много повидавший в жизни и престарелый Свидригайло. Гомель после его смерти был отдан Можайским беглым князьям, которые в 1499 отказались принять католичество, в результате чего это привело за обладание городом к продолжительной борьбе. В 1500 году вмешался в эту борьбу великий князь московский, который оказал поддержку Можайским беглецам. В итоге, почти ежегодно и постоянно, до 1535 года Гомель подвергался набегам войск Великого Литовского княжества и постоянно сдерживал эти осады. Это показывает, насколько были мощными его стены и башни, за которыми находились значительные гарнизоны московских князей.

Но уже в июне 1535 года был тщательно спланирован поход, возглавляемый гетманом Великого Литовского княжества Юрием Радзивиллом, киевским воеводой Андреем Немира и гетманом коронным Яном Тарновским самое сильнейшее войско Сигизмунда I. Тогда Гомель испытал на себе военную осаду по всем правилам военной науки. Имелись в войсках, помимо артиллерии и инженеры по подкопам. Сигизмундом тогда была поставлена задача: «взять обороною способенный и мощный замок Гомей или спалить его огнем». Рассчитывая его взять, заранее король дал указ разослать наместникам городов Посожья и Поднепровья, и державцам «листы», где требовал от каждой волости выделить определенное людей количество «добрых с топоры, которые тот замок Гомей могли бы изрубити».

Гетман Ю. Радзивилл основную ставку при осаде делал на обстрел Гомельского замка артиллерией: «А так весь день в середу на замок била стрелба, а потом на четверг с середы всю ночь и в четверг немного с наших дел чинили стрелбу не весь день». Согласно свидетельству Патриаршей летописи, наместник русский князь Димитрий Щепин-Оболенский, находившийся тогда в Гомеле оказался «страшлив и не храбр, видев многих люди и убоявся, побежал из града, и пищалники с ним же и дети боярские». Остались тогда в замке «люди немногие тутошние Гомьяне», которые увидев «воеводское страхование и нехрабрство здаша град». Присланными плотниками замок был поправлен, а также пополнен боеприпасами. Сюда, Великокняжеский подскарбий Иван Горностай отправил «вси потребы - свинец и кули, порох и салетру».

В 1537 году король принял решение, что должны быть освобождена вся волость и мещане "на один год от роблення Гомейского замку и не мели они до году под тым обычаем рубити замку и ничего в нем оправовати, хиба естли бы в замку которые кгонты опали, або ся, где дощечка оторвала, то мели за ся прибити и направити». Несмотря на это, местный князь державца И. Толочинский у волощан и мещан королевский привилей отобрал, начал их, для выполнения в замке различной работы "примушати", а тех, кто ослушивался, отбирал у того детей и жену, а самого сажал в башню. Присланного дворянина королевского державца специально для разбирательства «зсоромотил и его хотел бити». Короля это привело в гнев, но основной причиной его недовольства и гнева за происходящую в Гомеле ситуацию была предельно ясно сформулирована в присланной державцу грамоте. Она заключала следующие слова: "необходимо помнить и знать, иж замок тот к рукам нашим пришол за великим накладом, иж есть на украйне тот замок, а к людем украинным треба ся ласкаве, не годиться захвати и им ни в чем обтяженья чинити".

Гомельский замок, наподобие остальных белорусских замков обладал оборонительным мощным валом, стенами с боевой галереей - «бланкованьем», многоярусными деревянными башнями, а также с подъемным мостом въездную браму - «узвод», который был, перекинут через ров. Стены укреплений были обмазаны на значительную высоту глиной, которая играла противопожарную роль, а также предотвращала их гниение. К ручью Соже имелся прорытый из замка подземный тайных ход, по корому они носили при осадах воду.

Упоминаются у Гомельского замка с 1561 года и укрепления «места», а именно линии городской фортификации. Окружал Гомель вал из земли, у которого наверху находились деревянные стены и башни - городни. Выезд и вьезд происходили через брамы Водную, Могилевскую, Речицкую и Чечерскую, которые выводили на торговую городскую пристань. Перед валом располагался оборонный глубокий ров, с подьемными перекинутыми через него мостами, подведенными к городским брамам.

В связи с ожесточенной борьбой от разорительных постоянных набегов крымских татар сильно возросло значение замка.

Как всем известно, только за тридцать лет 14 раз нападали татары на земли центральной, южной и юго-восточной Белоруссии (с 1500 по 1530 гг.). В общей сложности, с 1474 по 1569 года за 95 лет они на земли Великого Литовского княжества совершили 75 походов. Один раз под Чечерском их удалось полностью разбить. Однако, в 1532 и 1551 годах совместно с татарами участвовали в походах и турки, которые знали толк во взятии штурмом городов и в осадах. Самым важным и острым вопросом тогда стал являться вопрос о защите от татар.

Учитывая, насколько значимый и важный для защиты государства является Гомельский замок, и исходя из того, что «иж кождому осторожность и оборона есть потреба», из ближайших городов сюда начали направлять специально выделенные конные группы «сторожи» и хлебные запасы. В 1552, 1562 и 1563 годах из Виленского арсенала стали поставлять амуницию и вооружение.

Так, на Чечерскую волость была возложена обязанность за свой счет содержать в Гомеле круглый год отряд «сторожи». Возможно, и другие соседствующие города присылали ее – Рогачев, Пропойск. Из Рогачева были перевезено сюда значительное количество овса и ржи «ку наспижованью замку». В 1557 году состоялось увеличение до 200 человек «драбов» гарнизона в Гомельском замке. Из городов Пропойск и Рогачев, а также из других волостей – Посожья и Поднепровья привлекалось население для производства ремонта укреплений. В середине XVI века состоялось превращение Гомельского замка в региональный центр по обороне земель Великого Литовского княжества на юго-востоке от грабительских наскоков перекопских татар.

Во время Ливонской войны на непродолжительное время Гомель захватили войска Ивана Грозного, но уже в июле 1576 года под предводительством гетмана Юрия Радзивилла отряд снова смог его захватить. Спустя 5 лет, 5 мая в в 1581 году снова Гомель подвергся нападению войск царя, которые « до замку ночью неведоме пришедши, ударили на место и огнем место выпалили». Но, несмотря на это не удалось захватить замок.

Немного позже, когда шла русско-польская война (1614 – 1615 года), постоянно располагался в Гомельском замке состоявший из 40 солдат и 40 казаков небольшой гарнизон. На их стороне состояло городское ополчение.

В 1633 году состоялось противостояние так и не сумевшим захватить замок казацким сотням Ивана Ермолина и Богдана Булгакова. При осаде города был ранен Богдан Булгаков.

В октябре 1648 года, возглавляемые полковником Гловацким украинские казаки, а также белорусские крестьяне смогли захватить город, после чего ограбили состоятельных людей и шляхту. В итоге, практически все мещане «показачились».

Но недолго пробыл в городе отряд Головацкого, так как вскоре был отозван обратно на Украину Б. Хмельницким.

При помощи части мещан, в 1649 году, по завершении Корсуньской битвы Гомель заняли казаки полковника Небабы. Но Зборовский дозволил сосредоточить гетману Литовскому Я. Радзивиллу достаточное для подавления возникшего восстания количество войск на Гомелыцине, взять города Чечерск, Гомель и другие.

Новое наступление Б. Хмельницкого на южные города Белоруссии состоялось в 1651 году. К Гомелю в июне были направлены черниговским полковником Небаба войска полковников Окшы и Забеллы. Поначалу тут находилось 7000 казаков, немного позднее прибыло еще 10 000.

На защиту города встало местное ополчение и наемный большой гарнизон.

В июне 13 числа, подводя под самый паркан, казаки приступили к рытью шанцев. Они, подползли около полуночи непосредственно к паркану и попытались нижние бойницы заткнуть. Если появлялся мушкетный ствол, они били по нему обухом. После этого с разных сторон начался штурм, но его удалось отбить.

Забелло, после неудачной первой попытки послал к Небабе людей в Чернигов за подкреплением. Казаки в это время попытались разыграть сцену боя с якобы прибывшими на подмогу Гомелю войсками, чтобы выманить из города гарнизон.

Но осаждаемые смогли вовремя понять, что к чему, и из брамы не вышел ни один из солдатов. После неудавшейся попытки казаки готовились 2 дня к штурму, соорудив для этого 14 гуляй-городов, замаскированных зелеными ветками. С приходом ночи подкатили 4 гуляй-города к Чечерской браме, а еще 3 к оборонительному рву, где находился мост. Но из-за ведущегося огня с замковых укреплений из мушкетов и пушек они были вынуждены отступить.

Той же ночью, безуспешно «раз по 15 штурмовали» замок казаки таких полковников, как Попович и Литвинко.

Немного позже, казаки из Гомеля срочным письмом Небабы были на некоторое время отозваны. Но уже в 1651 году, в конце июня снова взяли город в осаду. К гарнизону подоспела подмога и город снова устоял.

В середине XVII века из-за общего подъема населения Белоруссии для борьбы и угроза со стороны русского государства уже в 1653 году заставили королевскую власть разместить дополнительные гарнизоны в замках Посожья на рубежах. В марте 1654 года в замке Гомеля находилось 700 пехотинцев, которых прислал гетман Радзивилл. К лету 1654 года, согласно некоторых данных в гомельском гарнизоне насчитывалось 2000 человек, в основном венгерской и немецкой пехоты, а также имелась рота татар.

В самом начале войны между Речью Посполитой и Русским государством, в июне 1654 года, из Новгород-Северского на Гомель выдвинулось войско наказного атамана И. Золотаренко. Оно состояло из 20 000 пеших и конных ратников. Как свидетельствует летопись Самовидца, И. Золотаренко «армат из собою узял немало, а так же пушечный запас», который ему давал возможность начать осаду этого крупнейшего замка на Нижнем Посожьи. Вот что писал атаман о своем выступлении в сообщении царю Алексею Михайловичу «Гомель граничным всем местам есть головою литовским. Место оборонное, людей немало служилых, много пороху и снарядов».

Не испытывая особых трудностей, войско И. Золотаренко преодолело укрепления и добралось до замка. Расставив на соседних холмах и вокруг замка пушки, казаки приступили к осаде «промышляя всеми ратными промыслы». За все время, когда шла осада, казаки четыре раза ходили до 11 июля на штурм замка, но были отброшены. Со стороны осажденных также исходили ответные вылазки. При одной такой вылазке был убит полковник черниговский Степан Подобайло, который был однажды в Гомеле в 1649 году. Из-за затянувшейся осады, было принято казаками решение вынудить сдаться замок «безводьем и голодом».

Вся Восточная Белоруссия и даже обе стороны воюющих следили за тем, как идет осада Гомеля. И. Золотаренко, понимая, что упорством своим жители Гомеля «всей Литве и ее сердца войскам и додают смелости», от имени царя и Богдана Хмельницкого выступил к осажденным с предложением прекратить оборону и сдаться, но те «сурово и гордо» отказались. Тогда были подняты казаками на Спасскую церковь, которая располагалась недалеко от замка за Гомеюком несколько небольших пушек. Они выстрелами раскаленных ядер смогли вызвать в замке пожар. Осажденные попытались устранить эту артиллерийскую позицию, но их вылазка окончилась неудачей. Вскоре казаками был обнаружен потайной ход к воде и взорван, что несомненно сказалось в итоге на участи замка. Как было написано к царю в донесении 13 августа 1654 года «гомляне, ротмистры, полковники покорилися со всеми своими людьми».

На состоянии Гомеля сильно сказалась война 1654-1667 годов. Но согласно сообщениям, которые датированы 1666 годом, замок сохранял еще свою мощь. Известно, что князь Михаил Чарторыйский, владелец Гомельского староста построил в 1737 году крепкий со стенами и башнями дубовый замок, где располагались множество бойниц, произвел углубление рвов и отремонтировал подъемный мост.

Согласно данным архивных немногочисленных документов 1765 года, касающихся Гомеля видно, что тогда в небольшом городке всего насчитывалось 206 домов. Тут нет описания, касающегося укреплений, но улавливается, но в топографии города их наличие. Это можно прочувствовать, когда читаешь о живших за «брамою Водной» жителях, на улице «у рове» или «под валом» на улице Речицкой.

Когда, как и вся Восточная Белоруссия в 1772 году Гомель вошел в состав Российской империи, «для увеселения» его передали графу Румянцеву. Взору графа предстал обнесенный палисадом достаточно крепкий замок. После этого, у деревянного замка разобрали стены и башни, а валы срыты. По проекту Б. Растрелли, в 1785 году началось строительство нового замка, который можно наблюдать и ныне.